Почти 50 разбойных нападений и 12 убийств за три года

20 лет назад в Санкт-Петербурге поймали серийного маньяка.

Весной 1999-го на Васильевском острове нашли тело пенсионерки. Ее задушили. Из квартиры пропали антикварные вещи. Через несколько дней — еще одно убийство в том же районе. Капроновым чулком удавили пожилую женщину — ветерана Великой Отечественной войны. Добычей преступника стали ордена и медали.

Отпечатков пальцев на местах преступлений не обнаружили. Жертвы сами впустили убийцу домой: никаких следов взлома. Оперативники допросили родственников и знакомых погибших, прочесали местные рынки и пообщались со скупщиками, но пропавшие вещи так и не обнаружились.

Убийства пожилых людей продолжались. У всех жертв судмедэксперты выявили следы от уколов, а в крови — сильное снотворное. Дела объединили в одно производство, однако улик у следователей по-прежнему не было.

Вскоре в милицию поступило заявление о необычном ограблении. Неизвестный позвонил в квартиру пенсионерки, представился врачом из поликлиники и настоял на уколе, после которого хозяйка уснула. В результате из квартиры пропало все ценное.

Между собой силовики прозвали убийцу “медбратом”. Подняли архивы и выявили еще десятки похожих историй про “врача из поликлиники”. Сначала были только ограбления. На убийство “медбрат” впервые решился в октябре 1998-го: открыл газовые конфорки в квартире. К счастью, пострадавшая вовремя проснулась. На следующий день он провернул похожий трюк в соседнем доме, однако и там все обошлось.

В январе 2000-го убийца перебрался во Фрунзенский район Санкт-Петербурга. Ситуация накалилась до предела: преступления совершались чуть ли не каждый день, и живых маньяк старался не оставлять. Но следователи по-прежнему не могли понять, по какому принципу он действует.

В середине месяца маньяк наконец совершил ошибку. Одна из его жертв выжила и дала подробные показания. По словам пенсионерки, врач принес ей результаты флюорографии, которую она недавно проходила.

Оказалось, что убитые за последнее время пожилые женщины были прикреплены к одной поликлинике. Маньяк выходил на жертв именно по флюорографии. Для удобства пациентов результаты рентгеновского исследования оставляли в ящике, доступном для всех. Там было все: имя, возраст и точный адрес.

Милиция устроила засады по всему району. И вот 17 января 2000-го в квартире дома 27 по улице Турку раздался звонок. Вместо одинокой пенсионерки дверь открыли милиционеры. Неуловимого “медбрата” задержали. Это был педиатр 5-й подстанции скорой помощи Максим Петров.

В его медицинском чемоданчике обнаружили шприцы, бритву и капроновые колготки. Расследование длилось около двух лет, в итоге предъявили обвинения в 12 убийствах и почти 50 разбойных нападениях.

Хотя Петров сознался в большинстве преступлений, его коллеги и знакомые не могли поверить в то, что это сделал именно он. Педиатра знали как примерного семьянина, отца троих детей, отличного врача, не раз спасавшего жизни. СМИ же окрестили его Доктором Смерть.

На суде Петров отказался от признаний и заявил, что его заставили себя оговорить. Но у обвинения хватало доказательств: следы от ботинок, результаты почерковедческой экспертизы — в квартирах нескольких жертв Петров оставил нецензурные надписи на зеркалах в надежде запутать следствие.

Двадцать первого ноября 2003-го Санкт-Петербургский городской суд приговорил его к пожизненному заключению в исправительной колонии особого режима “Белый лебедь”.

Но Петров о себе еще напомнил. В 2012-м он пожаловался в Европейский суд по правам человека на условия содержания в СИЗО: переполненные камеры, отсутствие постельного белья, норма в 300 миллилитров воды в сутки. ЕСПЧ присудил заключенному более 15 тысяч евро.

Поделиться ссылкой: